О свадьбах и праздничных гуляньях в Брестской крепости

Не так давно я возила ребенка в Брест — ознакомиться с крепостью и приобщиться к истории Великой Отечественной войны. И все бы было превосходно, если бы не очередная (каждую поездку с этим сталкиваюсь) громкая свадьба, которая пела и плясала аккурат под пятиконечной звездой главного входа и полностью обнулила впечатление от посещения мемориала.

В целом родившийся в 60–е обычай навещать в день бракосочетания военные мемориалы и фотографироваться на фоне стел с именами погибших ничего дурного в себе не несет. Это хорошая традиция, если подходить к ней с той эмоциональной и нравственной позиции, которая закладывалась изначально. Поклониться памяти героев самой страшной войны, подаривших мир и возможность продолжать род человеческий, — что может быть правильнее и естественнее?

Вопрос в том, что традиции со временем имеют свойство вырождаться, утрачивая свою духовную основу и превращаясь в комплекс действий, смысл которых недостаточно ясен, но выполнение как будто обязательно. Съездить сфотографироваться на фоне обелисков — сейчас это просто стандартная часть свадебной программы. Так положено.

На уровне простой житейской логики: у сегодняшних женихов и невест — просто в силу возраста — родственников, участвовавших в Великой Отечественной, чаще всего уже не имеется. В отличие от людей не то что старшего поколения, но элементарно средних лет эти молодые ребята не росли под дедовские рассказы о бытности в партизанах или штурме Сапун–горы, под бабушкины слезы о жизни в оккупации, под родительские воспоминания о голодном военном и послевоенном детстве. Поэтому там, где у нас — болит (потому что не может у любящего человека не болеть сердце за своих близких, даже за самые давнишние их беды), там у молодежи при недостаточном воспитании нередко находится большой и, к несчастью, совершенно естественный вакуум. Который труднозаполняем, несмотря на зубрежку на школьных уроках истории.

Таковы свойства нашей психики: события, не подтвержденные собственной памятью или памятью семьи, человеком воспринимаются как набор не имеющих к нему отношения фактов или вообще мифология. Так вымывается из коллективного сознания суть и остается сугубо ритуал: прогулка с созерцанием парада и шашлыками на 9 Мая и свадебные фотосеты у братских могил. Вопросы сколько–нибудь нравственного поведения в этом случае снимаются с такой же убийственной неизбежностью. Вернее, они просто не возникают.

У памятников в центральной части городов молодожены преимущественно ведут себя прилично — поскольку сотрудники органов правопорядка бдят и в случае проблемного поведения могут подпортить торжество. Крупные мемориалы, например «Линия Сталина» или Курган Славы, в силу определенной удаленности вряд ли так уж сильно страдают от набегов новобрачных и их нетрезвых сопровождающих. Тем более что найдутся и другие места для фотосъемки под крики: «Горько!» В Бресте же, небогатом на архитектурные достопримечательности, вопрос, куда ехать из ЗАГСа, даже не встает.

У руководства Брестской крепости уже, что называется, накипело. Очень эмоционально отвечает на вопрос о своем отношении к свадебным увеселениям на подведомственной территории директор мемориального комплекса Григорий Григорьевич Бысюк: «К сожалению, негативных примеров достаточно: приезжают целыми кортежами, включают громкую музыку, распивают напитки... И это в крепости, которая, по сути, некрополь! Ведь никому не придет в голову веселиться на кладбище... Я считаю, что такое поведение — это неправильно. Возложить цветы, сфотографироваться у памятника — да, возможно. Делаю замечания. Кто–то понимает, некоторые возмущаются: «Да вы что, у нас свадьба!» Хотя то, что они просто приезжают, — это еще куда ни шло, но когда фейерверки устраивают...» Ситуация усугубляется тем, что не все защитники крепости найдены. Некоторые до сих пор лежат там, где были убиты. Григорий Бысюк подтверждает: погибших по–прежнему находят, поисковая работа не прекращается. В этом году обнаружили останки на Волынском укреплении, в 2013–м — в районе «звезды».

Все это должно, кажется, действовать отрезвляюще — если не на самих молодоженов, то хотя бы на их родителей. Но отчего–то не действует.

Возможно, брестским (и не только) городским властям стоит озаботиться поведением собственных граждан в местах славных и связанных с военной трагедией? Вести разъяснительную работу с новобрачными и фотографами — или просто организовать в крепости постоянное дежурство строгих милиционеров? Все–таки нас — тех, для кого память о войне равняется памяти о родных, — хочется верить, большинство. И нам неприятны загулы с шампанским и бурное веселье над могилами. Даже в день чьей–то счастливой свадьбы. Радость радостью, а скорбь скорбью.

О свадьбах и праздничных гуляньях в Брестской крепости

Похожие статьи: