Реальный Брест

дентикоальтернативаkris.byideaprint.byРА

ГлавнаяНовостиИстория Бреста"Может быть, это единственный снимок человека". Зачем белорусы фотографировались на похоронах

"Может быть, это единственный снимок человека". Зачем белорусы фотографировались на похоронах

Делать снимки на похоронах, а тем более хранить их в семейных альбомах, сейчас не принято. Но еще лет тридцать назад такая традиция в Беларуси была. Некрополист Иван Чайчиц исследует погребальные фотографии белорусов.

Он рассказал TUT.BY, зачем наши предки звали на похороны фотографов.

Фото: из архива Ивана Чайчица
Похороны Федора Гайчука. Деревня Таракань Антопольский (сегодня — деревня Именины, Дрогичинский район), 1954 г.
Выставка «Перед вечностью» пройдет в Галерее TUT.BY с 19 февраля по 2 марта 2018 года.

Открытие выставки с участием Ивана Чайчица — 17 февраля, с 16.00 до 18.00.

Адрес: Минск, проспект Дзержинского, 57, 9-й этаж.

«Раньше люди относились к смерти спокойнее»

Гроб с покойником, траурная процессия — в семейных архивах многих белорусов и сейчас есть такие фотографии. Некрополист из Бреста Иван Чайчиц знает, почему они не пугали наших предков.

— Раньше люди по-другому относились к смерти, спокойнее. Сегодня мы далеки от нее: смерть происходит где-то в больницах, в домах престарелых, а раньше это было на глазах у домочадцев. Часто умирали дети, случались эпидемии, — рассказывает Иван Чайчиц. — К тому же Беларусь всегда была многоконфессиональным государством, здесь жило много верующих. А религиозные люди говорят, что смерть — это лишь начало другого пути, что настоящий христианин не должен бояться смерти. Сейчас люди смерти боятся больше, хотя люди все так же умирают каждый день.

Фото: из архива Ивана Чайчица
Предположительно, Полесье, 1950-е годы

Брестчанин изучает некрополи и биографии примечательных персон, которые там похоронены. Коллекция похоронных снимков собиралась постепенно. Кто-то из собеседников признавался, что из суеверий сжег такие фото, кто-то решился передать их исследователю.

— В какой-то момент я понял, что в Беларуси была целая традиция — фотографировать на похоронах.

Фото: из архива Ивана Чайчица

Иван Чайчиц рассказывает: посмертные изображения в Европе были популярны еще когда не было фотографии, а покойников рисовали художники.

Фото: из архива Ивана Чайчица

— В Викторианскую эпоху было даже такое: покойника усаживали и фотографировали будто живого. У нас умершего так не беспокоили, он оставался в гробу. Но вокруг гроба часто выстраивалась родня усопшего. Потом этот снимок раздавали соседям, высылали родственникам, которые живут далеко.

«Белорусские эмигранты высылали похоронные снимки домой»

Брестчанин видел снимки, сделанные белорусами в далеких Аргентине, США. Они уезжали в другие страны на заработки, а традицию похоронного фото увозили с собой.

Фото: из архива Ивана Чайчица

— Такие снимки я получал из Казахстана, куда в разное время ссылали наших соотечественников, из Сибири. Уехавшие по возможности передавали снимки в Беларусь, чтобы тут родные могли увидеть: кто умер, кто жив, как изменились те, кого они знают, как похоронили того, кого знали на родине. В похоронных снимках содержался большой код памяти. Тогда же не было ни интернета, ни мобильников, так что подобные фотографии могли много информации донести.

Фото: из архива Ивана Чайчица
Похороны Василия Гайчука. Деревня Таракань Антопольский район (сегодня — деревня Именины, Дрогичинский район), 1955 год

Исследователь отмечает, что подобная традиция встречается у украинцев, латышей, литовцев, эстонцев, поляков, при этом похоронные снимки редко делали на территории современной России. Популярно это было, опять же, у белорусских эмигрантов и ссыльных.

Фото: из архива Ивана Чайчица
Духовой оркестр на католическом некрополе в Паланге (Литва)

«Может быть, это единственный снимок человека»

Самый старинный снимок в коллекции сделан в конце 20-х — начале 30-х годов прошлого века, в период межвоенной Польши, в городе Брест-над-Бугом.

— Это похороны мальчика, его звали Богуслав, он умер в младенчестве.

Фото: из архива Ивана Чайчица
Похороны младенца Богуслава Поплавского. Брест, 1930-е годы

На еще одном снимке с похорон младенца надпись «Умер Толенька». Скорее всего, его сделали родители. Когда современные люди это видят, они критикуют: зачем вообще такое хранить? Но ведь это выбор родителей этого ребенка — сохранить его в памяти, и это важно.

Фото: из архива Ивана Чайчица

Иван Чайчиц видел на кладбищах в Бресте и в Антополе (Дрогичинский район) посмертные снимки детей, прикрепленные прямо на памятники.

Фото: из архива Ивана Чайчица
Фото: из архива Ивана Чайчица

— Просто другого снимка у этого человека и не было. Многие удивляются: зачем хранить снимки 50-х годов своего мертвого прадеда? Некоторые добавляют: нужно хранить те, где он веселый, здоровый, живой. А я говорю: ребята, скорее всего, он всю жизнь вкалывал и у него никогда не было больших денег. И это тоже, может быть, единственное его фото.

Фото: из архива Ивана Чайчица

Некрополист отмечает, что большинство снимков в коллекции было сделано в советские годы. Несмотря на времена атеизма, часто на похоронах, особенно в деревнях, выдерживались религиозные обряды.

Фото: из архива Ивана Чайчица
Похороны Василия Бухлова, Брест, кладбище Плоска, 1972 год

Фото: из архива Ивана Чайчица

— Мы видим, что в деревнях на похоронах католика присутствует ксендз, православного — православный священник. У православных выносили хоругви. Пришедшие на похороны становились у гроба, причем старались, чтобы все попало в кадр: и покойник, и гости, и хоругви. На многих снимках видно, что голову покойнику специально поворачивали в сторону фотографа — чтобы запечатлеть человека в последний раз.

Фото: из архива Ивана Чайчица

Помимо постановочных, встречаются репортажные снимки с похорон: фотограф просто шел за процессией и выполнял свою работу.

Фото: из архива Ивана Чайчица
Похороны Василия Бухлова. Траурная процессия на кладбище Плоска, Брест, 1972 год

— В деревнях вообще люди в давнее время фотографировались только по двум поводам: свадьба и похороны. И в первом, и во втором случае люди всегда старались прийти нарядными. На похоронных снимках видно: люди не шли на скорбное мероприятие в рабочей одежде, отдавали дань уважения покойному: приводили себя в порядок, брали цветы и приходили, — рассказывает Иван Чайчиц.

Фото: из архива Ивана Чайчица
Похороны Антонины Марчук, Брест, 1988 год. Из архива Геннадия Королюка

«Мужчине пришлось через много лет выкапывать супругу и детей»

У каждого снимка с похорон может быть своя удивительная история. Пример — фотография, сделанная в Бресте в советские годы.

— Это католический некрополь Бреста, 1954 год. Люди преклоняют колени перед могилой, а на заднем фоне стоит военнослужащий в шинели. Офицерам в форме колено можно было преклонять только перед знаменем, — поясняет Иван Чайчиц. — Этот мужчина хоронит жену. Жизнь так сложилась, что до этого у пары умерли еще двое детей. Они похоронены рядом. Известно, что в 1970-х годах этот мужчина услышал объявление городских властей: часть католического некрополя пойдет под строительство железнодорожных ремонтных мастерских. Если кто-то хочет — может сам выкопать своих родственников и перенести либо на какой-нибудь другой некрополь, либо на свободное место. И этот мужчина своими руками выкапывал и свою супругу, и детей.

Фото: из архива Ивана Чайчица
Похороны Елены Яворэк на католическом кладбище в Бресте. На заднем плане — муж умершей, военнослужащий в шинели (фигура обрезана)

Некрополист добавляет: самый большой вред кладбищам был нанесен в советские годы. Один из примеров: на месте старого еврейского кладбища Бреста сегодня стадион «Локомотив».

«Думаю, скоро можно будет изучать саму традицию похорон»

На многих фотографиях с похорон есть дети. Иногда они стоят прямо у гроба. Иван Чайчиц обращает внимание, что сегодня детей на похороны многие стараются не брать.

Фото: из архива Ивана Чайчица

— Мы видим: дети чаще всего не плачут, никто не вырывается, просто стоят. Их отправили к гробу, чтобы они запомнили образ дедушки, отца или матери, брата с сестрой — у детей ведь хорошая память. Сегодняшних детей полностью стараются оградить от погребения. Это снова о том, насколько мы все становимся далеки от такого повседневного события, как смерть, и отодвигаем от него детей. Но ведь это действительность, которой современные дети совсем не видят, и похороны однажды становятся для них абсолютным шоком.

Фото: из архива Ивана Чайчица

Некрополист отмечает: на многих снимках процесс похорон выглядит спокойным, чинным-благородным.

Фото: из архива Ивана Чайчица
Похороны Николая Чайчица, городской поселок Антополь, Дрогичинский район, 1990 год

— Это то, что может удивить современного человека. Мы живем в быстрое шумное время, когда дорога каждая минута. Куда-то несемся. Сегодня человека стараются похоронить в течение одного дня, если есть такая возможность. Нет традиции не то что посмертной фотографии, но и традиции, чтобы умерший переночевал в последний раз в собственном доме. Сегодня некоторые ритуальные фирмы не особо заботит соблюдение традиций. Думаю, скоро можно будет изучать собственно саму традицию похорон, ее исчезновение. А на этих снимках — неспешные, спокойные похороны. Когда не нужно было побыстрее опустить покойника в землю, потому что завтра нужно куда-то бежать. Когда люди могли успеть приехать из самых дальних уголков, чтобы проститься с родными. Никакой спешки.

Фото: из архива Ивана Чайчица

 

tut.by

 

Похожие статьи:

История БрестаСмертельный штопор

История БрестаВ Бресте состоится выставка «Генерал Франтишек Краёвски – герой возрожденной Польши»

История Бреста120 лет Белалко. Часть шестая: «История в лицах. Кадры решают всё»

История БрестаВелосипедисты Бреста пытались создать общество любителей еще в 1893 году

История БрестаВолонтеры вернули на место могильный крест из белого гранита

Поделиться:
Комментарии (1)
Восточная # 18 февраля 2018 в 00:23
+3 + -
+3 / 0
Таракань
А я всегда думала, что деревня моих дедушки и бабушки раньше называлась Торокань.
Интересно, а как правильно..
отключен Javascript

Онлайн радио


Свяжитесь с нами по телефонам:

+375 29 7 956 956
+375 29 3 685 685
realbrest@gmail.com

И мы опубликуем Вашу историю.