Реальный Брест

дентикоШкола Май Бэбиkris.byeos.byАйТИ ШАГ

ГлавнаяНовостиБрест и регион"Пятнадцать лет в "заняпадзе". Как в Бресте воскрешают Бытхим, от которого осталось полтора цеха

"Пятнадцать лет в "заняпадзе". Как в Бресте воскрешают Бытхим, от которого осталось полтора цеха

Брестскому заводу бытовой химии хронически не везет. Один собственник планомерно банкротил, другой сбежал за океан от уголовного преследования. «30 ноября прошлого года у нас было 0 рублей 0 копеек», — говорит антикризисный управляющий Денис Плетенев, который решил поднять некогда флагман отечественной бытовой химии.

С Денисом Плетеневым мы встречаемся рано утром на парковке бюджетной гостиницы под Брестом, где он поселился на время командировки. Антикризисный управляющий, который ведет дела сразу нескольких крупнейших предприятий Бреста, создает впечатление человека «без понтов»: на голове кепочка, за плечами рюкзак. На улице — дождь. Идеальная атмосфера для разговора о делах на Бытхиме.

Денис Алексеевич рассказывает обо всем, что произошло, без купюр. Позапрошлый собственник намеренно доводил предприятие до ручки, чтобы убрать конкурента, прошлый — убежал в США. После нескольких минут разговора абстрактный завод на окраине Бреста становится по-человечески жалко. Мог стать гордостью для города, а сейчас работники поют песни о том, как жить без зарплаты.

На Бытхиме все плохо настолько, что даже сайта нет. При этом продукция, по отзывам, неплохая. Вот, например, москвич под ником sem69 в интернете хвалит пенку для бритья Brillet. Продукт, который пользователь назвал «практически не заграничным», «имеет плотную приятную структуру, хорошо ложащуюся на кожу, что способствует мягкости и легкости бритья». Сейчас Brillet на Бытхиме не выпускают. Как и лак «Прелесть», первая партия которого вышла с конвейера в августе 1975 года.

«Просто гробили конкурента»

В свое время здесь работало около 900 человек. В интервью «Белгазете» один из бывших директоров предприятия Владимир Соловей о 90-х вспоминал так: «С трудностями пережили 1995 год, но взяли кредит. В 1996 году эти деньги начали работать. Объемы производства выросли, и 1997 год был очень хорошим. В 98-м у нас были рекордные показатели. Например, в июле мы выпустили 2,5 миллиона аэрозолей. В августе — кризис и полный обвал, шок. В производство вложены деньги, которые завод не в состоянии отдать».

На погрязшее в долгах предприятие пришли российские акционеры. Как писала областная газета «Заря», до 2005 года основным пакетом акций брестского завода владела российская компания ОВК, а само предприятие фактически представляло собой удаленный цех главного акционера и занималось только производством. В один прекрасный день в Новомосковске открылся завод, аналогичный «Брестбытхиму», и брестское предприятие стало для россиян лишним.

— Российские компании активно гробили завод. Последние пятнадцать лет завод в «заняпадзе». Из него максимум выжимали, вывозили и гробили. Хотя завод был ведущим. Если бы так не случилось, что я попал на этот завод, то сейчас бы он ничего не производил. Продавались бы цеха, резались бы остатки оборудования, — объясняет Денис Плетенев.

Планам российских акционеров по выходу на лидирующие позиции на рынке СНГ не суждено было сбыться, и Бытхим вновь сменил собственника. Им стал брестский бизнесмен Олег Рончинский.

За работу новый собственник взялся с энтузиазмом. Перспективы завода выплыть из сложившейся экономической ситуации он оценивал «на 200−300 процентов» и планировал к концу 2016 года выпускать продукции на 5−5,5 млрд рублей в месяц. Не сложилось. В 2016 году в отношении Олега Рончинского возбудили два уголовных дела. Первое по ч. 3 ст. 424 УК — злоупотребление властью или служебными полномочиями. Второе — по ч.2 ст. 243 УК «Уклонение от уплаты налогов, повлекшее причинение ущерба в особо крупном размере». Второе уголовное дело дошло до суда. Приговор огласить не успели — обвиняемый уехал в США.

30 ноября 2016 года экономический суд Брестской области огласил постановление о санации предприятия.

«Одно продается по 23 рубля, а мы по 5 рублей продать не можем»

— Банкротство делится на несколько частей: защитный период, конкурсное производство, дальше либо ликвидационное производство, либо санация. Первые две стадии мы прошли. Сейчас санация. До конца мая 2018 года мы должны работать по плану санации и попытаться восстановить платежеспособность, — объясняет нынешнюю ситуацию на предприятии Денис Плетенев.

По данным собеседника, долги предприятия составляют чуть более трех миллионов долларов. В администрации считают, по цене и качеству продукция брестского завода не уступает конкурентам. Главная проблема — маркетинг. Сейчас ведутся приговоры о сотрудничестве с известным брендинговым агентством, которое ранее формировало имидж известных отечественных предприятий.

— Что такое вообще бытовая химия? Есть мировые производители химреагентов. Они все одинаковые. Все производители покупают одно и то же, в разных пропорциях это замешивают и в свои флаконы разливают. Возьмем моющее средство известного бренда и жидкий порошок «Дарья» Брестского завода бытовой химии. Это одно и то же. «Дарья» может быть даже немного лучше потому, что там меньше «забодяжено». Но одно продается по 23 рубля, а мы по 5 рублей продать не можем, — рассказал Денис Плетенев.

«Все, что можно было разворовать, здесь разворовали»

Мы заезжаем на территорию завода. Если раньше это был город в городе, то теперь от предприятия осталось полтора цеха. Экскурсия на производство занимает пять минут. В холодном цеху за работой несколько женщин, которые клеят этикетки на бутылки средства для мыться стекол и баночки с репеллентом.

— Все, что можно было разворовать здесь, разворовали, — вздыхает Денис Алексеевич. —  Сейчас на территории завода 27 сособственников. Санация у нас началась 30 ноября. Я до сих пор пытаюсь понять, кто у меня ворует электроэнергию и «пьет» воду из скважины в таких объемах.

В общей сложности на заводе работает 98 человек. Это «прожиточный минимум» без которых предприятие не сможет функционировать. Средняя зарплата — около 350, максимальная — 600 рублей. При этом работать приходится за двоих.

— Я говорю, что у нас военное положение, мы только что освободились с оккупированной территории, — шутит антикризисный управляющий. — Мы потихоньку растем. Сейчас выпускаем порядка 50 видов продукции. В этом месяце продадим на 125 тысяч рублей. Точка безубыточности у нас где-то в районе 100 тысяч рублей. Считайте, что в марте мы уже на точку безубыточности вышли, — объяснил антикризисный управляющий.

Сейчас в планах предприятия — сокращение издержек и запуск линии по производству аэрозолей.

— Честно скажу, у этого завода еще есть перспективы, потому что все, что производишь, можно продать. Только вписывайся в рынок. Таких заводов немного в стране. Этот самый крупный. И если мне удастся запустить аэрозоли, то я увеличу производство сразу в три раза, — отметил собеседник, но подчеркнул, что нужно 200 тысяч рублей, чтобы отремонтировать линию и закупиться сырьем.

Как подчеркнул Денис Плетенев, работа предстоит серьезная. Ликвидировать предприятие было бы проще:

— Но мы ж за белорусское. Мы ж не ищем легких путей. Представьте себе, что вы пришли и у вас пустое поле. А через год-полтора уже у вас что-то тут работает, копошатся люди, сто человек зарплату получают вовремя. Интересно ведь, правда? А если 200? Если говорить о том, чтобы вернуть весь цикл производства, который тут был, то человек 500 может здесь работать. Для этого нужно немного. Года два-три и можно сделать. При условии, что сохранятся те же темпы, которые есть.

«Давно нужно было продать все и уехать»

Олег Рончинский, бывший владелец Бытхима, на данный момент живет в США. Уехал по обычной визе, не дождавшись решения суда по своему уголовному делу. Предпринимателю вменялось два эпизода по статье «Уклонением от уплаты налогов, повлекшее ущерб в особо крупном размере». Оба не касаются Бытхима и связаны с другими направлениями бизнеса Олега Рончинского: сдачи нежилых помещений в аренду и консультационным услугам узбекскому бизнесмену, который открыл в Бресте свое дело.

В беседе с TUT.BY Олег Янушевич подчеркнул, что виновным в выдвинутых обвинениях себя не считает.

За судьбой Бытхима Олег Рончинский следит уже по публикациям в СМИ.

— На самом деле у предприятия серьезные проблемы. И их можно вылечить только одним способом — минимизируя затраты на производство. Это сделать можно, но нужно иметь хороших партнеров, которых давно растеряли, — рассказал собеседник.

Как отметил Олег Янушевич, сейчас он готовит документы для получения разрешения на работу. Пока в Беларусь возвращаться не собирается — хочет открывать в США свою небольшую фирму по оказанию услуг в инженерной сфере.

— Понимаете, система белорусская построена так, что бизнесмен соперничает с чиновником, милиционером и прокурором. И тут выигрывают они. В Беларусь мне закрыта дорога лет на пятнадцать. Но я сейчас благодарен тем людям, которые меня вот так выкинули. Они сделали то, что я давно должен был сам сделать. Давно нужно было продать все и уехать, — рассказал Олег Янушевич.

 

tut.by

 

 

Похожие статьи:

Брест и регионВидят ли горожане зелёное будущее Бреста за хвойными?

Брест и регион«Генплан для брестчан»: каждый может повлиять на судьбу своего города

Брест и регионВ Бресте открылась фотовыставка "150 золотых маршрутов Беларуси"

Брест и регионКонцепция празднования 1000-летия Бреста принята горсоветом

Брест и регионБрестчанка недовольна приемом в детской поликлинике. Что отвечают медики

Поделиться:
Комментарии (1)
Читатель # 5 апреля 2017 в 08:58
+5 + -
+5 / 0
Плетенев оооооочень популярен в Бресте: АССТОР, БЫТХИМ, БРЕСТ-ОПТИМАЛ, ШОКОЛАДНАЯ КОМПАНИЯ... Где ещё? Разводчик кроликов?
отключен Javascript

Онлайн радио


Свяжитесь с нами по телефонам:

+375 29 7 956 956
+375 29 3 685 685
realbrest@gmail.com

И мы опубликуем Вашу историю.