Махновича, 37a-brest.by домаШкола Май БэбиДентикоa-brest.by квартиры

ГлавнаяНовостиБрест и регион«Охраняют, каб нас нэ укралы». Как живут люди на самом краю Беларуси за пограничной сеткой

«Охраняют, каб нас нэ укралы». Как живут люди на самом краю Беларуси за пограничной сеткой

Деревня Рытец — на самой границе с Украиной. Электричество сюда подают из соседней страны, а чтобы попасть в «большую» Беларусь, последним жителям деревни надо преодолеть пограничную сетку.

«С этого боку наши глядят, с того боку — украинцы. Охраняют, каб нас нэ укралы», — говорит Ирина Левчук, которая живет здесь 60 лет. TUT.BY посмотрел, как течет жизнь в уникальной деревне.

Как в Рытце испокон веку были хлопцы, а остались только три соседки

Ирина Левчук лепит пирожки с фасолью — руки в муке. Тут же, на светлой кухне, первая партия выпечки уже шкворчит в печи. Ирине Федоровне 76 лет, из них 60 она живет в Рытце. В белорусскую деревню замуж вышла из украинской деревни Пулемец, она отсюда всего в четырех километрах.

Ирина Левчук, 76 лет, в своем доме в деревне Рытец Брестского района Брестской области. Женщина печет пирожки

Рытец — деревня на краю Беларуси. Расстояние от Минска — 430 километров, от Бреста — около 75 километров на юг.

Журналисты приехали сюда 14 февраля. В столице еще снег, а здесь уже весна.

Завтра — народный праздник Громницы, привязанный к православному празднику Сретение. С определением, что этот день означает встречу зимы с весной, Ирина Левчук не согласна.

— Громныцы — половына зымыцы! Март шчэ самы зымовы мисяц — шчэ снига можэ быць и по колэно!

Последние постоянные жители здесь — три соседки: Ирина Левчук, Галина Дубина и Татьяна Федорченко. Мужья у всех уже умерли.

Галина Дубина по рождению тоже из Украины, из-под Ковеля. Рытецкие парни брали замуж украинок, и на это были веские причины.

— Спокон вику тут вси хлопцы! Тольки было дви дивчины на Рытэц, — рассказывает Галина Евгеньевна.

Язык двух из трех соседок близок к украинскому, но себя они уже считают белорусками — так и записались во время последней переписи населения в 2009-м.

Татьяна Федорченко — самая молодая из женщин в деревне, ей 65. Родилась в Беларуси, недалеко от Рытца. Она в отличие от соседок вышла замуж как раз за украинца, из-под Николаевки. Муж был военным, поэтому помоталась по разным странам, а вскоре после смерти родителей осела здесь, на родине.

За сеткой. «Сначало дико было, но мы ж не заключенные»

Если смотреть из центра Беларуси, то Рытец находится за сеткой, закрытой на замок. Высокий забор, отгородивший погранполосу от более широкой погранзоны, на этом участке установили в 2017 году.

— Ну как-то сразу дико было. А потом нормально, — говорит Татьяна Федорченко.

— Мы ж нэ заключенные, — добавляет Ирина Федоровна.

Приезжие белорусы в погранполосе должны находиться с пропуском на руках. Местным он не нужен, чтобы жить в деревне, но когда здешние жители ходят по окрестным лесам, пропуск могут спросить и у них.

Забор между погранзоной и погранполосой — на многие километры. Выехать за него и вернуться обратно без помощи пограничников не могут даже местные. Чтобы ворота открыли, жители звонят на погранзаставу.

— Хлопцы открывают, все хорошо. Звоним начальнику или в дежурку — едут, — рассказывает Александр, сын Ирины Левчук. Мужчина уже на пенсии, несколько раз в неделю приезжает к матери из Бреста.

Александр Левчук, 54 года, родился в деревне Рытец, сейчас живет в Бресте. Все чаще бывает в родной деревне, помогает матери по хозяйству. «Это мое место, мне тут хорошо», — говорит он

Официально заграждение называется так: рубеж основных инженерных сооружений. Перед заградительным забором распаханный участок — контрольно-следовая полоса, на сетке — волоконно-оптическая система охраны, есть камеры и, например, сейсмические датчики, которые улавливают вибрацию. Все это объединено в умную систему, которая позволяет контролировать ситуацию дистанционно.

Помимо Рытца, в стране есть еще две похожие точки, попавшие «за рубеж». Одна — в Брестской области, это дачное общество, которое так и называется — Рубеж. Вторая — в Гродненской области, хутора Кемелишки. Там на трех хуторах постоянно живут шесть человек, сообщает Госпогранкомитет.

— С этого боку наши глядят, с того боку — украинцы. Охраняют, каб нас нэ укралы, — посмеивается Ирина Федоровна. — Вы перекусвайтэ: голодные!

Деревня всегда так жила, на краю. Местные не помнят, чтобы когда-нибудь прямо к ним ходили автобусы. Всегда в центр сельсовета, деревню Томашовка, добирались своим ходом, это около семи километров. В советские годы через Рытец ездили грузовые машины, возили удобрение — можно было проситься на борт. Сейчас движения нет.

Соседки Татьяна Федорченко и Галина Дубина за столом в доме у Ирины Левчук

Продукты в Рытец привозит автолавка. Хуже дело обстоит с помощью медиков. Скорая, если надо, приедет, но есть и другая необходимость:

— В Томашовке нет врача, который бы мог рвать зубы. Как так, кругом ведь одни старики? Мать возили почти за много километров, в Брест, вырвать зуб, который успел загноиться, — возмущается Александр. — А если нет возможности так далеко ехать?

Граница. «У кумы хата на Украине, а туалет на Билоруси»

В советские годы в Рытце был десяток домов, да еще три хаты на лугу, подсчитывают старожилы. Теперь постоянные жители остались только в трех дворах.

Отсюда до ближайшей украинской деревни Кошары (Шацкий район Волынской области) меньше километра. С украинцами белорусы «роднились и кумились», дети из Рытца ходили в школу в другую республику.

На портрете — Ирина Левчук в молодости

— И почтальон к нам приходил украинский, — рассказывает Александр.

Хорошая связь с Украиной была и в 1990-х, когда распался СССР.

— И в начале двухтысячных туда ходили. Да что там, до 2010 года еще можно было пройти: местных никто не трогал, — рассуждает Александр. — Потом уже стало строго. Несколько лет назад украинцы начали границу укреплять, копать рвы, а потом и наши взялись.

Ирина Федоровна хохочет, вспоминая особенности межевания, и кивает на соседку Галину Евгеньевну:

— У яе кумы в Кошарах хата на Украине, а туалет — на Билоруси!

Все так: про эту ситуацию в 2000 году писала украинская газета «Сегодня».

Жители Рытца рассказывают, что в 2009 году в деревню приезжало начальство: их собирались отселить в дома в Томашовке. Но эта затея так и осталась на бумаге.

Граница — вот она, прямо за домом Татьяны Федорченко, проходит по рву. Часть рва заболотили, белорусы часто дежурят тут на квадроциклах.

— Один раз копала поле. Вижу по ту сторону украинских пограничников, трое. Кричат мне: «Добры дэнь, пани!» Я думаю: блин, руки грязные — какая пани? А их трое, и как мне к ним обратиться? — рассуждает Татьяна Ивановна.

— Ты б сказала: «Добры дэнь, панове!», — подсказывает соседке Галина Евгеньевна, которая много лет проработала учителем.

— А я в этом не понимаю! Сказала: «Доброго здоровья!», — отмахивается соседка.

Раньше женщины ходили в украинские Кошары на свадьбы, похороны, колядки. Теперь возможностей увидеться с тамошней родней намного меньше. Хочешь — объезжай через официальный пункт пропуска в Томашовке. Дорога, которую в мире без границ можно было бы пройти за пять минут, превращается в крюк в сорок пять километров.

А вот электричество по проводам, натянутым в Рытец из Украины, течет свободно.

— Нам свет из Украины подают, — рассказывает Александр. — Раньше мы сами платили другой стране за электроэнергию, потом это запретили. Теперь мы перечисляем деньги Беларуси, а потом государство с государством рассчитывается. При Кучме (президент Украины с 1994 по 2005 год. — Прим. TUT.BY) часто бывало, что украинцы свет выключали на весь день, аж пока темнеть не начнет. А сейчас уже нормально.

На столе в доме Левчуков почти все продукты — свои. В деревне держат мелкую живность, у Александра Левчука зарыбленная сажалка.

— Раньше украинцы к нам машинами приезжали за ягодами. Теперь, конечно, никого нету. Но из Томашовки приезжают — полно народу. А я в позапрошлом году собрал черники 500 кило, специально отпуск брал на ягодный сезон, — говорит мужчина. — А грибов сколько! Раньше мы думали, что все грибы на Украине, туда ездили, а как граница закрылась, оказалось, что у нас тех грибов больше. В позапрошлом году закрыли с матерью 115 банок: пол-литровых, литровых, даже по три литра!

Связи с миром. Украина, Россия и Польша

У Татьяны Федоровны уникальный для этой деревни дом: говорят, там работает мобильная связь, сеть белорусского оператора. Наши телефоны все два дня в Рытце перепрыгивают в роуминге от украинских операторов к польским и обратно, а белорусские в основном недоступны.

Татьяна Ивановна живет без телевизора, за столом рассказывает, что выбросила его в яму. Смотрит кино с ноутбука, который подарили дети. Новости слушает на российской радиостанции. Говорит, что «вообще не против, чтобы нас Россия забрала».

— Нашто Россия? Штоб только дружылы, не трэбо! Хай будзе Билоруссия, Украина и Россия, — не соглашается Галина Евгеньевна, ее любимый канал — «Белсат».

Жительница приграничной деревни Рытец Ирина Левчук звонит по телефону на заставу. Так можно договориться, чтобы открыли ворота, и проехать в центр сельсовета — Томашовку

Время, когда их край был «под Польшей», жительницы Рытца уже не застали. В Томашовке стоит здание железнодорожной станции Влодава из красного кирпича. Сейчас эта ветка тупиковая (до Бреста 65 километров), а когда-то по ней поезда шли дальше, в польский город Хелм. Говорят, во время Второй мировой немцы взорвали мост за станцией, через пограничную реку Западный Буг.

Соседки из деревни Рытец вспоминают, что в свои молодые годы бывали и в Польше, они добирались туда уже через Брест.

— У нас магазынов не было, а там кажды магазынчыка мел, торговал, — вспоминает Ирина Федоровна.

Правда, в доме Левчуков в Рытце «при Хрущеве» тоже был свой магазин, рассказывает семья. До сельпо отсюда было сложно добираться, поэтому его разрешили открыть.

Сейчас, бывает, жительницы Рытца ездят в украинский Шацк — на рынок, перед Пасхой их туда возят дети.

— То цвыты дэшэвшэ купымо, то сапожкы, ленточкы… Але тэпэрь и тамака всё подорожало. На Радуницу йиздым: то ж там и бацька мой и маты похоронены.

Живые, мертвые и Громницы

Гостей из Минска жители Рытца разводят ночевать по хатам. С вечера звоним на погранзаставу, предупреждаем: завтра к восьми утра нужно открыть ворота на «рубеже» — женщинам нужно в Томашовку, в церковь.

Постепенно в окнах домов гаснет тот самый украинский свет.

Галина Дубина, 76 лет. Женщина сидит у красного угла в своем доме в деревне Рытец. За спиной у нее вышитые подушки. Справа — вышивка гладью, работа мамы Галины Евгеньевны. Слева — вышивка крестом, работа самой Галины. «Гладью не люблю, мне якось не клэицца». На стене фотография умершего сына

Галина Евгеньевна тихо рассказывает, что когда-то с мужем перестроили во второй дом летнюю кухню: думали, уйдут туда жить, когда поженятся сыновья. Двое из трех сыновей Галины Дубины умерли, третий живет в городе. Теперь женщина одна на два дома. В «чистом» доме Галина Евгеньена спит и принимает гостей. В другом — готовит и обедает: там стоит прочный деревянный стул, на котором любил сидеть хозяин, умерший меньше года назад.

После смерти мужа Галине Евгеньевне пришлось продать лошадь, которую в семье любили. Женщина смеется, вспоминая, как покупали кобылу лет десять назад.

— Нашлы на Украине кобылу, договорилысь — а как прывизты? То поехалы на заставу, попросылы украинского пограничныка подвэсти кобылу ко рву, з его стороны. Вин лейцы в ров кинув — а я тут на Билоруси их схапыла и да себе кобылу повэла, — рассказывает женщина.

Поутру, еще в темноте, соседки в Рытце собираются в церковь: у кого праздничный фартук, у кого — платок. Сотрудники погранзаставы сегодня помогают добраться прямо до церкви, в Томашовку, а потом привозят женщин обратно.

Галина Дубина, Ирина Левчук, Татьяна Федорченко — жительницы деревни Рытец. У них за спиной — «рубеж», который отделяет погранзону от погранполосы. Женщины рассказывают, что обычно проезжают здесь на машинах. Татьяна Федорченко летом из Рытца часто доезжает до сетки на велосипеде, а потом пограничники подвозят ее до Томашовки: там застава

Свято-Покровская церковь в Томашовке появилась в середине девяностых, ее перестроили из здания клуба.

— Знаешь, сразу было неприятно, што тут люды танцувалы, музыка грала и барабаны бахалы, — рассказывает Ирина Федоровна. — А потом люды собралы грошы, купола зробылы. То ужэ и на цэрковь похожэ, то ж добро зайты помолитыся!

Ирина Левчук из деревни Рытец перед церковью в Томашовке, народный праздник Громницы

Перед поездкой в церковь женщины исправно вспоминают библейскую легенду, связанную с праздником Сретенье, но народные традиции вспоминаются лучше.

Во время службы в церкви покупают особые «громничные» большие свечки, жгут их в церкви, а потом отвозят домой. За тем, как горит свечка в церкви, следят.

— Будыте свечку засвичваты — гасыты. Засвичваты — гасыты. Як засвитиш и свечка будэт трэшчыты — то, кажуць, будэт громовое лито. А як нэ будэт трэшчыты — то нэт, — рассказывает примету Ирина Федоровна.

У многих прихожан на Громницы свечки перевязаны льняными волокнами. Правда, соседки из Рытца лён в этом году не подготовили. Но женщины до сих пор верят, что лён с такой свечки может лечить кожные воспаления.

Раньше, вернувшись домой, пламенем громничной свечки на потолке рисовали крест.

— Робылы, штоб Господь дал, штоб гром не запалыл хату.

Сейчас крест пламенем не рисуют: боятся подкоптить крашеные потолки. Но в грозу громничную свечку по-прежнему ставят на окно, на всякий случай.

Свечкой соседи поджигают друг другу пряди волос.

— Штоб грому нэ боятыся, — объясняет Ирина Левчук.

Татьяна Федорченко, хоть грома не боится, но тоже идет к свечке. Вспоминает, как в ее дворе молния чуть не сожгла высокий дуб. Кора распорота — а дуб стоит, ему нипочем.

Напоследок жительницы деревни рассказывают: в этом году громничные свечки в церкви не трещали. Значит, в Рытце больших гроз не ждут.

 

Снежана Инанец / Фото: Вадим Замировский / TUT.BY

 

 

Похожие статьи:

Брест и регионВ Кобрине в реке Мухавец рыбаки обнаружили тело женщины

Дороги и чудакиИз Минска в Пинск за 4 часа. PESA прошёл тестовую обкатку

Брест и регионВ хозяйстве Малоритского района несортовое молоко списывали на работников

Дороги и чудакиСерьезное ДТП на М1 около «зубра»: движение в сторону Бреста ограничено

Дороги и чудаки5 мая городской праздник и марафон кросс-кантри “Сябрукі-2019" в городе Жабинка

Поделиться:
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

отключен Javascript

Онлайн радио


Свяжитесь с нами по телефонам:

+375 29 7 956 956
+375 29 3 685 685
realbrest@gmail.com

И мы опубликуем Вашу историю.